Jabir Xerjoff
| Семейство: | восточные, цветочные |
| Верхние ноты: | фрезия, розовый перец, фиалка |
| Средние ноты: | ландыш, пион, болгарская роза |
| Базовые ноты: | лаосский уд, ветивер, пачули, мускус, мадагаскарская ваниль |
| Время года: | зима, осень |
Аромат открывается ярким цветочным аккордом, где пион и роза создают пышный, почти люксовый старт. Затем цветы уступают место пудровому иланг-илангу, который придает композиции мягкость и округлость. В основе лежит уд, но он не звучит грубо, а лишь утяжеляет и углубляет цветочную сладость. Чуть позже проступают сливочные ноты и легкий фруктовый оттенок, напоминающий ананас, которые делают аромат более теплым и бархатистым. В целом композиция воспринимается как цветочно-удовая, с заметной мыльной и пудровой гранью. На старте она кажется очень нежной и даже простодушной, но затем становится более многогранной и загадочной.
По звучанию это скорее вечерний и статусный аромат, который требует определенной уверенности в себе. Лучше всего он раскрывается в теплое время года, когда на нагретой коже его ноты становятся более акварельными и легкими. Стойкость можно оценить как среднюю, шлейф умеренный и не навязчивый, аромат держится близко к коже, оставляя личный, интимный след.
Образы, которые рождает этот аромат, полярны: с одной стороны — это изысканная пудровая нежность, подобная золотому сечению, с другой — неожиданные землистые, даже индольные оттенки, которые могут вызывать ассоциации с чем-то грубым и природным. В нем есть что-то от алхимической лаборатории, где цветочные эссенции соединяются с темным удом, создавая противоречивое, но запоминающееся впечатление. Аромат напоминает одновременно и роскошный восточный атар, и европейский шик, балансируя между этими полюсами.